- Регистрация
- 21 Ноя 2019
- Сообщения
- 6,893
- Реакции
- 126,829
- Баллы
- 11
- Возраст
- 55
- Страна (город)
- Орёл
- 💎VM
- 442,342.00
- Новая страна
- 🌐Единия
- Эннеатип
- 5 (?)
- Пол
- Мужской
- Житель Ашрама
- Да
Ещё со времён Древнего Египта и мудреца Платона до человечества доносятся мысли о том, что оно живёт в своём внутреннем пространстве, в своём информационном пузыре. И практически никогда из него не выходит.
Платон сравнивал людей с узниками пещеры, которые с самого рождения видят лишь тени на стене и принимают их за единственную существующую реальность. Они даже не подозревают, что за их спинами есть другой мир, освещённый настоящим светом. Более того, если кому-то из них рассказать об этом мире, он, скорее всего, не поверит. Ведь невозможно представить то, о существовании чего ты даже не догадываешься.
Древние гностики, чьи сочинения были обнаружены в Египте, говорили о ложном духе, который заставляет человека принимать чуждые ему желания и побуждения за собственные. Египетские подвижники первых веков нашей эры учили наблюдать за своими помыслами, потому что далеко не каждая мысль, возникшая в голове человека, заслуживает его доверия.
Спустя столетия Георгий Гурджиев говорил о механическом существовании человека, а Карлос Кастанеда описывал внутренний диалог, который непрерывно поддерживает привычную картину мира. По его представлениям, человек настолько привыкает к собственному описанию реальности, что перестаёт замечать разницу между самой реальностью и своими представлениями о ней.
Удивительно, что мыслители разных эпох, принадлежавшие к совершенно различным культурам и традициям, вновь и вновь возвращались к одной теме: человек пребывает в плену того, что считает самим собой.
Он уверен, что свободен, потому что может выбирать между предложенными ему возможностями. Но почти никогда не задаётся вопросом, кто сформировал сами эти возможности, его желания, страхи, убеждения и представления о счастье.
Человек думает, что мыслит самостоятельно, хотя большую часть времени лишь повторяет знакомые мысли. Он считает, что смотрит на мир, хотя нередко смотрит на собственные представления о нём. Он уверен, что принимает решения, хотя часто просто следует привычкам, сложившимся задолго до того, как начал осознавать их существование.
И самое удивительное заключается в том, что этот плен не обязательно сопровождается страданием. Человек может вполне уютно устроиться в своей невидимой тюрьме. Он украшает её стены, называет их своим мировоззрением, защищает их от чужих взглядов и даже гордится прочностью этих стен.
Когда же кто-нибудь пытается показать ему выход, он воспринимает это как угрозу. Ведь за пределами привычного мира начинается неизвестность, а неизвестность пугает сильнее, чем привычные ограничения.
Но, возможно, самое большое заблуждение человечества заключается даже не в том, что оно живёт внутри этого пузыря, а в том, что оно отождествляет себя с ним.
Человек говорит: «Это мои мысли, мои убеждения, мои желания, мой характер». Однако стоит ему хотя бы ненадолго погрузиться в глубокую тишину и начать наблюдать за собственным сознанием, как обнаруживается нечто поразительное: мысли возникают сами, желания появляются без приглашения, эмоции вспыхивают без его разрешения.
И тогда неизбежно возникает вопрос: если я могу наблюдать за своими мыслями, то кто же я — эти мысли или тот, кто их наблюдает?
Именно здесь начинается настоящее пробуждение. Не в приобретении новых знаний, не в накоплении очередных убеждений и даже не в поисках необыкновенных переживаний. Оно начинается с простого, но необычайно важного открытия: между человеком и содержанием его сознания существует пространство свободы.
Это пространство можно обнаружить через медитацию, внутреннюю тишину, внимательное самонаблюдение. И чем яснее человек начинает различать себя и непрерывный поток собственных мыслей, тем слабее становится власть привычного описания мира.
В какой-то момент он замечает, что стены его невидимой тюрьмы состоят не из камня. Они состоят из мыслей, которым он привык верить, из страхов, с которыми привык соглашаться, из представлений, которые никогда не подвергал сомнению.
И самое поразительное: для того чтобы начать освобождение, вовсе не обязательно разрушать эти стены. Иногда достаточно перестать считать их границами всей существующей реальности.
Однако человечество тысячелетиями предпочитает обсуждать устройство своей пещеры, вместо того чтобы попытаться из неё выйти. Люди спорят о природе теней, создают учения об их происхождении, делят их на истинные и ложные, но редко задумываются о том, что можно просто повернуть голову в сторону света.
Но чтобы выйти из своего внутреннего пространства, нужно хотя бы начать стучаться. Люди не делают даже этого.
А ведь первый стук — это уже начало пробуждения. Это первое сомнение в безусловной истинности собственных мыслей. Первая попытка остановить внутренний диалог. Первая минута настоящей тишины. Первый вопрос, заданный не окружающему миру, а самому себе.
И когда человек наконец решается сделать это, его ожидает удивительное открытие.
Дверь, которую он всю жизнь считал запертой, никогда не была закрыта.
Более того, она открывается по первому стуку.
Платон сравнивал людей с узниками пещеры, которые с самого рождения видят лишь тени на стене и принимают их за единственную существующую реальность. Они даже не подозревают, что за их спинами есть другой мир, освещённый настоящим светом. Более того, если кому-то из них рассказать об этом мире, он, скорее всего, не поверит. Ведь невозможно представить то, о существовании чего ты даже не догадываешься.
Древние гностики, чьи сочинения были обнаружены в Египте, говорили о ложном духе, который заставляет человека принимать чуждые ему желания и побуждения за собственные. Египетские подвижники первых веков нашей эры учили наблюдать за своими помыслами, потому что далеко не каждая мысль, возникшая в голове человека, заслуживает его доверия.
Спустя столетия Георгий Гурджиев говорил о механическом существовании человека, а Карлос Кастанеда описывал внутренний диалог, который непрерывно поддерживает привычную картину мира. По его представлениям, человек настолько привыкает к собственному описанию реальности, что перестаёт замечать разницу между самой реальностью и своими представлениями о ней.
Удивительно, что мыслители разных эпох, принадлежавшие к совершенно различным культурам и традициям, вновь и вновь возвращались к одной теме: человек пребывает в плену того, что считает самим собой.
Он уверен, что свободен, потому что может выбирать между предложенными ему возможностями. Но почти никогда не задаётся вопросом, кто сформировал сами эти возможности, его желания, страхи, убеждения и представления о счастье.
Человек думает, что мыслит самостоятельно, хотя большую часть времени лишь повторяет знакомые мысли. Он считает, что смотрит на мир, хотя нередко смотрит на собственные представления о нём. Он уверен, что принимает решения, хотя часто просто следует привычкам, сложившимся задолго до того, как начал осознавать их существование.
И самое удивительное заключается в том, что этот плен не обязательно сопровождается страданием. Человек может вполне уютно устроиться в своей невидимой тюрьме. Он украшает её стены, называет их своим мировоззрением, защищает их от чужих взглядов и даже гордится прочностью этих стен.
Когда же кто-нибудь пытается показать ему выход, он воспринимает это как угрозу. Ведь за пределами привычного мира начинается неизвестность, а неизвестность пугает сильнее, чем привычные ограничения.
Но, возможно, самое большое заблуждение человечества заключается даже не в том, что оно живёт внутри этого пузыря, а в том, что оно отождествляет себя с ним.
Человек говорит: «Это мои мысли, мои убеждения, мои желания, мой характер». Однако стоит ему хотя бы ненадолго погрузиться в глубокую тишину и начать наблюдать за собственным сознанием, как обнаруживается нечто поразительное: мысли возникают сами, желания появляются без приглашения, эмоции вспыхивают без его разрешения.
И тогда неизбежно возникает вопрос: если я могу наблюдать за своими мыслями, то кто же я — эти мысли или тот, кто их наблюдает?
Именно здесь начинается настоящее пробуждение. Не в приобретении новых знаний, не в накоплении очередных убеждений и даже не в поисках необыкновенных переживаний. Оно начинается с простого, но необычайно важного открытия: между человеком и содержанием его сознания существует пространство свободы.
Это пространство можно обнаружить через медитацию, внутреннюю тишину, внимательное самонаблюдение. И чем яснее человек начинает различать себя и непрерывный поток собственных мыслей, тем слабее становится власть привычного описания мира.
В какой-то момент он замечает, что стены его невидимой тюрьмы состоят не из камня. Они состоят из мыслей, которым он привык верить, из страхов, с которыми привык соглашаться, из представлений, которые никогда не подвергал сомнению.
И самое поразительное: для того чтобы начать освобождение, вовсе не обязательно разрушать эти стены. Иногда достаточно перестать считать их границами всей существующей реальности.
Однако человечество тысячелетиями предпочитает обсуждать устройство своей пещеры, вместо того чтобы попытаться из неё выйти. Люди спорят о природе теней, создают учения об их происхождении, делят их на истинные и ложные, но редко задумываются о том, что можно просто повернуть голову в сторону света.
Но чтобы выйти из своего внутреннего пространства, нужно хотя бы начать стучаться. Люди не делают даже этого.
А ведь первый стук — это уже начало пробуждения. Это первое сомнение в безусловной истинности собственных мыслей. Первая попытка остановить внутренний диалог. Первая минута настоящей тишины. Первый вопрос, заданный не окружающему миру, а самому себе.
И когда человек наконец решается сделать это, его ожидает удивительное открытие.
Дверь, которую он всю жизнь считал запертой, никогда не была закрыта.
Более того, она открывается по первому стуку.
