- Регистрация
- 21 Ноя 2019
- Сообщения
- 6,900
- Реакции
- 127,118
- Баллы
- 11
- Возраст
- 55
- Страна (город)
- Орёл
- 💎VM
- 442,403.50
- Новая страна
- 🌐Единия
- Эннеатип
- 5 (?)
- Пол
- Мужской
- Житель Ашрама
- Да
Чьи имена мы произносим, называя свою родину?
Я провёл небольшое исследование названий стран и народов и пришёл к наблюдению, которое меня увлекло: многие привычные нам названия отличаются от древних имён этих земель и от того, как их называют сами жители. А если обращаться к прежним названиям стран, народов, княжеств, провинций и регионов, в них нередко обнаруживаются боги, духи, Солнце, священные места и мифологические образы.
Постепенно у меня возникла гипотеза: возможно, в истории гораздо большего числа народов, чем мы предполагаем, существовало название, связывавшее их землю с чем-то высшим — божеством, небесным покровителем или духовной силой. Со временем произношение менялось, приходили другие языки, объединялись государства, и первоначальный смысл становился неузнаваемым.
Мы продолжаем произносить эти имена. Но понимаем ли мы, что произносим?
Началось всё с простого вопроса: как народы называют себя сами?
В японском языке японцы — нихондзин, а их страна — Нихон или Ниппон. У якутов есть самоназвание саха. В китайском языке страна — Чжунго, её жители — чжунгожэнь. Древние египтяне пользовались собственными обозначениями своей земли, среди которых — Кемет.
Знакомое нам слово оказывается лишь одним из вариантов. За ним может стоять целая история названий, переводов и переосмыслений. Самоназвание при этом не обязательно древнее внешнего имени, но оно открывает другую точку зрения: как люди обозначают себя изнутри своей культуры.
Самый понятный пример — Япония.
Нихон и Ниппон означают «источник солнца». Отсюда знакомая нам «Страна восходящего солнца». В названии нет необходимости искать спрятанное имя конкретного бога: Солнце (божество очень многих народов) уже присутствует в самом значении слова. Для моей гипотезы это существенно. Ведь во многих традициях Солнце воспринимали как живую, божественную силу — источник жизни и порядка. О значении названия Японии.
Это ещё не означает, что название выбрали именно ради поклонения Солнцу. Но небесный образ в имени страны существует, и его не приходится придумывать.
Похожий мотив обнаруживается в Хорасане — исторической области иранского мира. Его название передают как «страна восходящего солнца». А в Индии есть Аруначал-Прадеш — «земля гор, освещённых зарёй». Совершенно разные территории оказываются связаны сходным образом: землёй, которую определяет восход. Хорасан, Аруначал-Прадеш.
С Китаем картина другая. Чжунго означает «срединное государство». Но в китайской традиции существует и Тянься — «всё под небом», наша «Поднебесная». Это более широкое представление о мире, чем название одной страны. И всё же для исследования духовной географии оно интересно: человеческое пространство осмысляется через Небо.
Поэтому я предлагаю рассматривать несколько слоёв: официальное имя, самоназвание, исторические обозначения и традиционный образ земли. Каждый из них способен сохранить свою часть памяти.
Особенно неожиданным оказался Египет.
Его древнее название Кемет означает «чёрная земля». Казалось бы, здесь мы встречаем плодородную почву, а не божество. Однако привычное нам слово «Египет» обычно связывают через греческую форму с Хут-ка-Птах — «обитель ка Птаха», названием храма и связанным с ним обозначением Мемфиса. Птах — египетский бог, а ка — понятие духовной сущности, жизненной силы. Так имя священного места могло пройти через другие языки и стать названием целой страны. Об истории названия Мемфиса.
Есть и более прямой религиозный образ: «Око Ра» зафиксировано как обозначение Египта и Фив. Это не повседневное самоназвание всех египтян, но реальный пример того, как земля получала имя через солнечного бога. Словарь древнеегипетского языка.
Египетские иероглифы
Я даже больше Вам скажу: само слово Египет, современное, но даже оно восходит к Греции.
А слово «Египет» пришло к нам через греческое «Егюптос», которое связывают с названием храма Птаха в Мемфисе.
Здесь особенно заметно, почему одного названия недостаточно. У одной земли могут одновременно существовать хозяйственное, политическое, поэтическое и священное имена.
Именно поэтому я расширил поиск за пределы современных государств. Сегодняшняя страна могла объединить множество прежде самостоятельных земель. Их названия не становятся менее интересными оттого, что теперь они принадлежат одной административной карте.
В Тибете, например, есть Лхаса — «место богов». У Бутана собственное название — Друк-Юл, «земля громового дракона». В индийском Бхубанешваре сохраняется связь с именованием Шивы — «Владыка трёх миров». Перед нами город, страна и ещё один город, но во всех трёх случаях духовный образ присутствует в самом названии. Лхаса, Друк-Юл, Бхубанешвар.
Особенно наглядной оказалась Скандинавия.
Датский Оденсе восходит к «святилищу Одина». Шведский Фрёсён — «остров Фрейра», причём остров веками был центром исторической области Емтланд. Торсви означает «святилище Тора». Норвежский муниципалитет Улленсакер сохраняет имя бога Улля; его прежнее название обозначало святилище этого божества. Оденсе, Фрёсён, Торсви, Улленсакер.
Скандинавские Боги
Здесь уже не нужно угадывать сходство звуков. Мы произносим название современного города или территории — и вместе с ним имя древнего бога.
Продолжая поиск, я нашёл ещё один выразительный пример — Ирландию. Её ирландское имя Эйре восходит к древнему Эриу, имени страны и богини. В предании богиня Эриу встречает прибывших на остров людей, и земля получает её имя. Здесь страна и её божественная покровительница почти сливаются в один образ. Предание об Эриу.
Возникает вопрос: землю назвали именем богини — или саму землю представляли богиней? Для моей гипотезы интересны обе возможности. В обоих случаях название связывает родину с одушевлённым, священным началом.
Есть и примеры меньшего масштаба.
В Туве местность Бурган-Даш носит имя «божественный камень», а Бурганныг-Хая — «божественная скала». В калмыцкой традиции Богдо-уул — «священная гора», известная сегодня как Большое Богдо в Астраханской области. В старых чувашских названиях встречается Кибе хире, которое исследователь связывает с Кепе, божеством судьбы. Тувинские названия, Большое Богдо, Чувашские исторические названия.
Разумеется, название поля или горы не является прежним именем всего народа. Эти примеры показывают другое: духовная память может сохраняться очень локально, даже когда в имени большой страны её не видно.
Иногда она появляется и в сравнительно поздних названиях. Тринидад — Троица, Эспириту-Санту, штат Бразилии, — Святой Дух. Значит, привычка обозначать землю через священное продолжалась и после древности. Тринидад, Эспириту-Санту.
Также до сих пор встречаются области вокруг больших старинных городов. Как например Астрахань. От двух слов Астра и Хан. И следовательно - астраханцы, как народ там проживающий. Часто люди из одной области могут не понимать, что говорят жители в другой области. Это особенно хорошо видно на примере Индии. Где сотни таких областей.
Другими словами - всё также подтверждается то, что я не раз Вам говорил - не границы создают страны, а люди.
Поэтому страна Единия - реально существующая страна.
Отдельный слой составляют рассказы о прародителях. Израиль — имя библейском повествовании, содержащее элемент «Эль», связанный с Богом. У Платона Атлантида названа по Атланту, сыну Посейдона. В шотландском (скотлэнд) предании появляется Скота — легендарная прародительница, хотя богиней её не называют. Такие истории показывают, как народ мог объяснять своё происхождение через личность — человеческую, божественную или находящуюся между этими мирами.
Моя гипотеза пока остаётся открытой. Найденные примеры подтверждают существование самой связи между географическими именами и священными образами. Насколько она распространена — следующий вопрос.
А самая смелая мысль, которую мне хочется проверить, звучит так: что, если у гораздо большего числа народов в глубине исторической памяти стоял образ высшего существа — покровителя, учителя, прародителя, небесной силы? Возможно, где-то этот образ сохранился в названии страны, где-то — в имени прежнего царства, острова или священного центра.
Например мы сейчас видим буддистов, христиан... Все они привязаны к духовному корню.
И это я просто говорю к тому, что людям СВОЙСТВЕННО именно ТАК называть себя. Т.е. люди могут уже не помнить зачем они ТАК делают. Но где-о на уровне ДНК они к этому стремятся. А значит стремились, пока не пришли современные люди. И всё не переиначили.
Были ли эти образы олицетворением природы, памятью о выдающихся людях или чем-то ещё — сами названия этого не решают. Но они позволяют задать вопрос, который легко пропустить, глядя на современную карту.
Когда человек говорил имя своей земли, не сообщал ли он одновременно, под чьим покровительством живёт?
Возможно, некоторые имена богов вовсе не исчезли. Мы просто привыкли считать их географией.
Автор статьи: Веретенников Сергей.
Я провёл небольшое исследование названий стран и народов и пришёл к наблюдению, которое меня увлекло: многие привычные нам названия отличаются от древних имён этих земель и от того, как их называют сами жители. А если обращаться к прежним названиям стран, народов, княжеств, провинций и регионов, в них нередко обнаруживаются боги, духи, Солнце, священные места и мифологические образы.
Постепенно у меня возникла гипотеза: возможно, в истории гораздо большего числа народов, чем мы предполагаем, существовало название, связывавшее их землю с чем-то высшим — божеством, небесным покровителем или духовной силой. Со временем произношение менялось, приходили другие языки, объединялись государства, и первоначальный смысл становился неузнаваемым.
Мы продолжаем произносить эти имена. Но понимаем ли мы, что произносим?
Началось всё с простого вопроса: как народы называют себя сами?
В японском языке японцы — нихондзин, а их страна — Нихон или Ниппон. У якутов есть самоназвание саха. В китайском языке страна — Чжунго, её жители — чжунгожэнь. Древние египтяне пользовались собственными обозначениями своей земли, среди которых — Кемет.
Знакомое нам слово оказывается лишь одним из вариантов. За ним может стоять целая история названий, переводов и переосмыслений. Самоназвание при этом не обязательно древнее внешнего имени, но оно открывает другую точку зрения: как люди обозначают себя изнутри своей культуры.
Самый понятный пример — Япония.
Нихон и Ниппон означают «источник солнца». Отсюда знакомая нам «Страна восходящего солнца». В названии нет необходимости искать спрятанное имя конкретного бога: Солнце (божество очень многих народов) уже присутствует в самом значении слова. Для моей гипотезы это существенно. Ведь во многих традициях Солнце воспринимали как живую, божественную силу — источник жизни и порядка. О значении названия Японии.
Это ещё не означает, что название выбрали именно ради поклонения Солнцу. Но небесный образ в имени страны существует, и его не приходится придумывать.
Похожий мотив обнаруживается в Хорасане — исторической области иранского мира. Его название передают как «страна восходящего солнца». А в Индии есть Аруначал-Прадеш — «земля гор, освещённых зарёй». Совершенно разные территории оказываются связаны сходным образом: землёй, которую определяет восход. Хорасан, Аруначал-Прадеш.
С Китаем картина другая. Чжунго означает «срединное государство». Но в китайской традиции существует и Тянься — «всё под небом», наша «Поднебесная». Это более широкое представление о мире, чем название одной страны. И всё же для исследования духовной географии оно интересно: человеческое пространство осмысляется через Небо.
Поэтому я предлагаю рассматривать несколько слоёв: официальное имя, самоназвание, исторические обозначения и традиционный образ земли. Каждый из них способен сохранить свою часть памяти.
Особенно неожиданным оказался Египет.
Его древнее название Кемет означает «чёрная земля». Казалось бы, здесь мы встречаем плодородную почву, а не божество. Однако привычное нам слово «Египет» обычно связывают через греческую форму с Хут-ка-Птах — «обитель ка Птаха», названием храма и связанным с ним обозначением Мемфиса. Птах — египетский бог, а ка — понятие духовной сущности, жизненной силы. Так имя священного места могло пройти через другие языки и стать названием целой страны. Об истории названия Мемфиса.
Есть и более прямой религиозный образ: «Око Ра» зафиксировано как обозначение Египта и Фив. Это не повседневное самоназвание всех египтян, но реальный пример того, как земля получала имя через солнечного бога. Словарь древнеегипетского языка.
Египетские иероглифы
Я даже больше Вам скажу: само слово Египет, современное, но даже оно восходит к Греции.
А слово «Египет» пришло к нам через греческое «Егюптос», которое связывают с названием храма Птаха в Мемфисе.
Здесь особенно заметно, почему одного названия недостаточно. У одной земли могут одновременно существовать хозяйственное, политическое, поэтическое и священное имена.
Именно поэтому я расширил поиск за пределы современных государств. Сегодняшняя страна могла объединить множество прежде самостоятельных земель. Их названия не становятся менее интересными оттого, что теперь они принадлежат одной административной карте.
В Тибете, например, есть Лхаса — «место богов». У Бутана собственное название — Друк-Юл, «земля громового дракона». В индийском Бхубанешваре сохраняется связь с именованием Шивы — «Владыка трёх миров». Перед нами город, страна и ещё один город, но во всех трёх случаях духовный образ присутствует в самом названии. Лхаса, Друк-Юл, Бхубанешвар.
Особенно наглядной оказалась Скандинавия.
Датский Оденсе восходит к «святилищу Одина». Шведский Фрёсён — «остров Фрейра», причём остров веками был центром исторической области Емтланд. Торсви означает «святилище Тора». Норвежский муниципалитет Улленсакер сохраняет имя бога Улля; его прежнее название обозначало святилище этого божества. Оденсе, Фрёсён, Торсви, Улленсакер.
Скандинавские Боги
Здесь уже не нужно угадывать сходство звуков. Мы произносим название современного города или территории — и вместе с ним имя древнего бога.
Продолжая поиск, я нашёл ещё один выразительный пример — Ирландию. Её ирландское имя Эйре восходит к древнему Эриу, имени страны и богини. В предании богиня Эриу встречает прибывших на остров людей, и земля получает её имя. Здесь страна и её божественная покровительница почти сливаются в один образ. Предание об Эриу.
Возникает вопрос: землю назвали именем богини — или саму землю представляли богиней? Для моей гипотезы интересны обе возможности. В обоих случаях название связывает родину с одушевлённым, священным началом.
Есть и примеры меньшего масштаба.
В Туве местность Бурган-Даш носит имя «божественный камень», а Бурганныг-Хая — «божественная скала». В калмыцкой традиции Богдо-уул — «священная гора», известная сегодня как Большое Богдо в Астраханской области. В старых чувашских названиях встречается Кибе хире, которое исследователь связывает с Кепе, божеством судьбы. Тувинские названия, Большое Богдо, Чувашские исторические названия.
Разумеется, название поля или горы не является прежним именем всего народа. Эти примеры показывают другое: духовная память может сохраняться очень локально, даже когда в имени большой страны её не видно.
Иногда она появляется и в сравнительно поздних названиях. Тринидад — Троица, Эспириту-Санту, штат Бразилии, — Святой Дух. Значит, привычка обозначать землю через священное продолжалась и после древности. Тринидад, Эспириту-Санту.
Также до сих пор встречаются области вокруг больших старинных городов. Как например Астрахань. От двух слов Астра и Хан. И следовательно - астраханцы, как народ там проживающий. Часто люди из одной области могут не понимать, что говорят жители в другой области. Это особенно хорошо видно на примере Индии. Где сотни таких областей.
Другими словами - всё также подтверждается то, что я не раз Вам говорил - не границы создают страны, а люди.
Поэтому страна Единия - реально существующая страна.
Отдельный слой составляют рассказы о прародителях. Израиль — имя библейском повествовании, содержащее элемент «Эль», связанный с Богом. У Платона Атлантида названа по Атланту, сыну Посейдона. В шотландском (скотлэнд) предании появляется Скота — легендарная прародительница, хотя богиней её не называют. Такие истории показывают, как народ мог объяснять своё происхождение через личность — человеческую, божественную или находящуюся между этими мирами.
Моя гипотеза пока остаётся открытой. Найденные примеры подтверждают существование самой связи между географическими именами и священными образами. Насколько она распространена — следующий вопрос.
А самая смелая мысль, которую мне хочется проверить, звучит так: что, если у гораздо большего числа народов в глубине исторической памяти стоял образ высшего существа — покровителя, учителя, прародителя, небесной силы? Возможно, где-то этот образ сохранился в названии страны, где-то — в имени прежнего царства, острова или священного центра.
Например мы сейчас видим буддистов, христиан... Все они привязаны к духовному корню.
И это я просто говорю к тому, что людям СВОЙСТВЕННО именно ТАК называть себя. Т.е. люди могут уже не помнить зачем они ТАК делают. Но где-о на уровне ДНК они к этому стремятся. А значит стремились, пока не пришли современные люди. И всё не переиначили.
Были ли эти образы олицетворением природы, памятью о выдающихся людях или чем-то ещё — сами названия этого не решают. Но они позволяют задать вопрос, который легко пропустить, глядя на современную карту.
Когда человек говорил имя своей земли, не сообщал ли он одновременно, под чьим покровительством живёт?
Возможно, некоторые имена богов вовсе не исчезли. Мы просто привыкли считать их географией.
Автор статьи: Веретенников Сергей.
Последнее редактирование: